Biennale. Ох уж эти “интересные времена”. Part 3


58 Арт Биеннале. Venezia, Giardini – Arsenale. 11 мая – 24 ноября 2019 года.
Если во второй части обзора (в блоге от 27 июня) была сделана подборка работ по темам скорее нерадостным, “экскурс” по социальным, психологическим или другим проблемам человечества и личности, то в этой, как и было обещано, рассказ будет легче, ироничнее, веселее… или просто менее отягощенный гражданской проблематикой. Будет много инсталляций, которые можно интерпретировать совершенно свободно, полагаясь на свою “насмотренность” в contemporary art. Итак, еще один маршрут по биеннале на тему May You Live in Interesting Times. Еще одна порция современного искусства в Садах и Арсенале.  



Что такое современное искусство?
Мы задались этим вопросом в предыдущей части, и согласно комментарию эксперта Джорждины Адамс (Georgina Adams) поняли, что это предмет темный, а точнее неопределенный, подверженный спекуляциям, манипуляциям и прочим штукам, характерным для рынка, на котором крутятся большие, иногда неприлично большие деньги. А значит, и интересы. И все же, и все же, хочется надеяться, что именно Венецианская биеннале, как интернациональная площадка, не продающая искусство, а только экспонирующая, меньше подвержена интригам и дутым открытиям… хотя точно она не может быть абсолютно независима от моды, даже можно сказать трендов. Ведь произведение искусства сегодня – это товар почти такой же, как модный аксессуар, владение которым тешит кому-то тщеславие, а кому-то служит выгодной инвестицией.
 
На просмотре видео американского художника и фильм-мейкера Kahlil Joseph в Арсенале
Говоря о “трендах”, заметное доминирование видео, интерактивных или динамических инсталляций, ассамбляжа среди представленных на биеннале работ – очевидное отражение нашего тотального погружения в мир гаджетов, мир виртуальный, придуманный. Поэтому биеннале это в каком-то смысле зеркало (кривое, странное, мутное –> нужное подчеркнуть), которое отражает наш мир. Любопытна тут некая параллель с местом проведения – в эпоху своего наивысшего расцвета Яснейшая венецианская республика славилась, помимо строительства каравелл, еще изготовлением для всех монарших дворов Европы зеркал, изобретенных на островах лагуны мастерами-стеклодувами. Попробуем и мы заглянуть в это сложносочиненное зеркало под названием венецианская Art Biennale.



Proposition А + Proposition B. Продолжение
Итак, схема та же, что и в предыдущей части: панорама работ еще какого-то числа из 79-и приглашенных куратором Ральфом Ругофф авторов в двух вариантах “маршрута Биеннале” A & B, соответственно в Арсенале и Садах, с краткими комментариями, которые, надеемся, помогут вам ориентироваться в этом странном мире. В свободной последовательности по принципу акына: что вижу, то пою. Поехали…


Первая работа, которая встречает посетителя в Арсенале – это эпические и ёрнические “Два бездельничающих пьяницы, величие и прославление самого гнусного человечества” (фото выше) американца George Condo, известного своими сериями “фальшивых старинных мастеров” в 80-е годы, приятеля таких небезызвестных персонажей как Уорхол, Баския и Харринг. Он прославился на рубеже столетий изобретением так называемого “искусственного реализма”, который заключался в “разрушении реальности и создании другой из этих же кусков”. 


Его живопись (как и другой большой холст Facebook в Центральном павильоне, фото выше) кажется немного устаревшей, но бессмертна по теме: безумное общество амбиций, истерии, паранойи и отчаяния. Неплохо для введения в экспозицию “интересных времен”!



Одна из сквозных тем в работах многих авторов – увлекательная попытка создания альтернативных миров. Лучше или хуже существующего? Вероятно, с желанием лучшего. Один из таких американец Alex Da Corte со своими иммерсивными инсталляциями и видео. В Центральном павильоне его проект The Decorated Shed (2019) – это детальное воспроизведение макета городка из американского сериала Mister RogersNeighborhood с его культурными посылами как высокой, так и низкой пробы, домами и площадями, над которыми безраздельно доминируют светящиеся вывески известных мировых ресторанных брендов.



Здесь и выше - проект The Decorated Shed 
Rubber Pencil Devil (фото ниже) – видеопроект автора в Арсенале, меняющий масштаб зрителя, превращающий его в гнома, сидящего на скамейке и наблюдающего за ироничными вариациями телепрограмм для взрослых.   


Видео Rubber Pencil Devil.Фото Haupt & Binder

Еще один творец новых миров немец Hito Steyerl предложил в Центральном павильоне видео Leonardos submarine – посвящение Венеции и Леонардо, о котором в этом году в связи с юбилеем говорят многие. Взяв за основу изобретение, предложенное ренессансным гением в 1515 году дожу Венеции, а именно проект подводного корабля, способного уничтожить вражеский турецкий флот в лагуне, Стейерл обработал видео с помощью инструментов искусственного разума (AI artificial intelligence). Зритель виртуально погружается в субмарине Леонардо на дно лагуны и каналов среди палаццо, в то время как голос “за кадром” дискутирует о технологиях, власти, коррупции, искусстве, войне. Как и о спорной ценности “произведений”, созданных искусственным разумом, не отягощенным моральными или чувственными составляющими.



Инсталляция Hito Steyerl в Арсенале "This is the Future" тоже с аллюзиями на Венецию: использует мостки-переходы для высокой воды, как некий символ спасения, пусть и не совсем надежного.

Здесь и ниже: проект "This is the Future


Свои миры, странные и завораживающие, предлагает таиландец с непроизносимым именем Korakrit Arunanondchai, работающий в техниках перформанса, видео и инсталляций. В Центральном павильоне нельзя пройти мимо его большой светящейся скульптурной инсталляции with history in a room filled with people with funny names 4 (garden), населенной странными человекоподобными существами: тут буквально сплетаются аллюзии на темы семьи, суеверий, духовности, истории, политики – если бы в павильоне было меньше света, эффект был бы еще более магнетическим. Отчасти ироничный, отчасти апокалиптический. О том, как выжить в Антропогене и его видео в Арсенале (№5), с главным персонажем, воображаемым тайским художником, переходящим из серии к серии, прототипом самого автора. Видео с синхронной проекцией на три экрана создано в соавторстве с Alex Gvojic. 



Здесь и ниже: No history in a room filled with people with funny names 5. Совместно с Alex Gvoji


Итальянка Lara Favaretto представила два абсолютно разных проекта, как два мира автора: нематериальный и предельно материальный. Один буквально эфемерный (газообразный) в Садах – в виде пара, который время от времени окутывает белое здание Центрального павильона, скрывая надпись La Biennale, людей и деревья. В самом здании ее же инсталляция Thinking Heads в контрасте с первым – со множеством материальных деталей из архивов автора, поделенных на смысловые группы согласно ее субъективному видению. В ходе выставки автор время от времени перемещает предметы из одной группы в другую, нарушая предыдущую логику – так что инсталляция примет свой окончательный вид только в момент завершения биеннале. Work in progress.

Здесь и ниже: Thinking Heads


Интересно, что атмосферные, кажущиеся чисто романтическими ассамбляжи некоторых авторов, на поверку оказываются полны намного более глубоких и серьезных смыслов. Это точно относится к работам южноафриканского автора Kemang Wa Lehulere, ставшего художником в довольно взрослом возрасте, после многих лет политически активной жизни в Кейптауне. Его пронизанная светом и населенная тенями инсталляция-скульптура “для совместного созерцания” Dead Eye собрана из множества дверок от птичьих клеток и других переработанных материалов (почти мусора), так что каждый элемент становится частью сети ассоциаций, ссылок и историй. Гипсовые слепки рук по периметру, молчаливая какофония языка жестов, на самом деле сделаны с кистей рук тёти художника, лицо которой настолько сильно пострадало во время репрессий в годы апартеида, что ее смогли узнать только по рукам. Инсталляция-святилище, посвящение сплетению истории личной и коллективной, неделимой в творчестве автора.





В противоположность предыдущему проекту, загадочные объемные композиции другого автора, индонезийца тоже с непроизносимым именем Handiwirman Saputra, программно заявляют об отсутствии корней. Как большая скульптурная инсталляция в Арсенале No Roots, No Shoots (Без корней, без побегов), вдохновленная предметами, которые он случайно обнаружил в своей повседневной жизни. Некоторые из этих объектов были буквально принесены рекой, протекающей возле дома художника, где бытовые отходы попадали между выходящими корнями деревьев и бамбуковым тростником. Автора скорее интересуют ассоциации, которые вызывают у него случайно обнаруженные предметы, в их новом воплощении произведений искусства – после того, как с ними поработали руки и фантазия художника, увеличив их в своих скульптурах и картинах до циклопических размеров, как, например, розовые резинки, с трудом узнаваемые в многометровых сплетениях, развешенных в Арсенале. Те же предметы, но в версии больших полотен – в Центральном павильоне.




Те же элементы No RootsNo Shoots, но в версии живописной в Центральном павильоне

Китаец Nabuqui скульптором может быть назван с натяжкой: его сложные механические инсталляции – эклектическая совокупность промышленных и бытовых объектов ready-made, с детально простроенными схемами отношений между ними и множеством деталей намеренно ничего не рассказывают, они интерьер и экстерьер одновременно, объект снаружи и изнутри, провоцируют у зрителя спонтанные аллюзии и ощущения дежавю. И название такое же многосложное Do real things happen in moments of rationality? Так что, отбрасывайте рациональность и смотрите на этот проект глазами детей – они здесь в восторге.




Современное искусство может быть не только нарисованным, вылепленным, сконструированным, сфотографированным, снятым на камеру, но и связанным крючком. Об этом хорошо знают сестры-близнецы из Австралии Christine и Margaret Wertheim. Их яркий и многоцветный проект Crochet Coral Reef в технике кроше, что следует из названия – нечто среднее между скульптурой и средой обучения, ботанической, биологической моделью и “удаленным коворкингом наоборот”. Самые первые трехмерные модели были сделаны из стекла, но потом сестры стали использовать вязание крючком из всего подручного материала: нитей, пряжи, кабелей, лент старых видеокассет и бисера. Соединенные части образовали “коралловые рифы”, к плетению которых были привлечены онлайн более десяти тысяч участников. И сегодня существуют “рифы-спутники” в сорока городах и странах мира. Интересно, что этот проект отражает в полной мере биографии близнецов: Маргарет успешный физик с научными наработками, Кристин – поэт, писатель и преподаватель литературной критики. Физик дополнил лирика, и наоборот.


Здесь и выше: "рифы" в Центральном павильоне
Здесь и ниже: сёстры Wertheim в Арсенале



Проект-инсталляция Veins Aligned нигерийки Otobong Nkanga – символическая река (длиной 26 метров из мрамора, минералов, металла), напоминающая о перемещении товаров, энергии, людей, культур между африканским континентом и остальным миром. Проект отмечен Jury special mention. Ее же графические листы (акрил, мелки, бумага) в Центральном павильоне, на первый взгляд напоминающие технические рисунки или схемы – отличный пример того, что умение прекрасно рисовать совсем не утрачено современными авторами.





В работах британки Anthea Hamilton винтажные цитаты из поп-культуры, моды и дизайна помещены в странную среду и в неожиданных сочетаниях, когда оригинальный смысл обнуляется и трансформируется. Дистанция в десятилетия от тех лет делает эти цитаты менее китчевыми и даже симпатичными. Провокация или своеобразное чувство юмора? Решать зрителю.
В объекте Mama Moth Sofa A, выставленном в Центральном павильоне, Гамильтон вдохновляется дизайном 60-70 годов – этот диван в виде большой ночной бабочки использует противоположный мимикрии прием: не заметить этого мотылька невозможно, хотя бы по размерам. Как и яркую инсталляцию In the New Life/Venice Chefs в Арсенале – где автор использовала паттерн с характерным рисунком в клетку “шотландка”, называемым Hamilton (игра слов с собственной фамилией).  




Если продолжить о запоминающихся инсталляциях, то нужно процитировать аргентинца Ad Minoliti, чей творческий процесс можно определить как создание альтернативного пространства: в проекте Mural в Центральном павильоне он использует в качестве образца “Кукольные домики”, изобретенные в семнадцатом веке в качестве педагогического инструмента, чтобы объяснить девочкам их будущую роль как домохозяек, матерей и жен. Манекены-киборги, полулюди – полу-животные в ярких одеждах Минолити иронично ставит рядом со зрителями – рассматривать большие полотна в сложной авторской технике коллажа и акриловой живописи, между цифровыми и аналоговыми технологиями, с модернистскими элементами живописи Кандинского, Пикассо, Де Кирико или Матисса. Дети здесь просто счастливы!





Совсем иначе выглядит творческий поиск другого аргентинца, представленного на выставке – Tomás Saraceno. Его коллективные проекты Arachnophilia Society и Aerocene Foundation уже наделали много шума. В своих интерактивных инсталляциях он исследует устойчивые способы обитания в окружающей среде, связывая такие разные дисциплины как искусство, архитектуру, естественные науки, астрофизику, философию, антропологию, инженерию и… чувства, на микро- и макроуровне, от колоний пауков, как в проекте Arachnomancy Cards, представленном в Садах, до романтической и нежной Aero(s)cene: On the Disappearance of Clouds в Арсенале – с симпатичным описанием: “Облака в барашках, дождь из ведра”. Материалы: 36 облаков разного размера, веревки, морские приливы. А сквозная мысль вполне серьезная –  облака post-combustible cloud space с присутствием CO2 так прекрасно не выглядят.



Здесь и выше: Arachnomancy Cards в Садах Биеннале


Здесь и нижеAero(s)cene: On the Disappearance of Clouds в Арсенале

Американка Kaari Upson представила на биеннале совершенно разные работы: в Арсенале объемную инсталляцию в виде фрагмента странного дома, с видео на нескольких экранах There is no such thing as outside, посвящение теме мира женщины в целом и своей матери в частности. И большой, с детальной прорисовкой графический лист в Центральном павильоне View From the Interiorized; You are the Pervert как некий многословный mind map автора. Опять довод к тому, что с умением рисовать у авторов, приглашенных к участию в биеннале, все отлично.



Видео из инсталляции There is no such thing as outside. Foto: Flaunt Magazine

View From the InteriorizedYou are the Pervert

Скульптуры и инсталляции британки Jesse Darling непостоянные, изменчивые, “хромые”, но полны юмора и жизни: часто собраны из скромных, недорогих материалов, не претендуют на монументальность и очень разные по теме и виду. В результате неврологического заболевания Джес практически потеряла правую руку, что подтолкнуло ее пересмотреть поход к профессии скульптора как к “мужской” и требующей физической силы. Поэтому, отказавшись от профессионального мачизма, учась использовать левую руку, она чаще собирает небольшие объекты и инсталляции, которые всегда что-то повествуют. В Центральном павильоне она представила серию работ, посвященных житию Святого Иеронима, ученому, жившему в IV веке, по легенде излечившему раненого льва. Коллаж из упаковочной бумаги, золотой фольги, скотча и рамки Lion in wait for Saint Jerome and his medical kit – возможно, кроме истории Иеронима навевает параллели с другим львом – Святого Марка, символом Венеции. Инсталляция March of the Valedictorians в Арсенале.

Lion in wait for Saint Jerome and his medical kit

Saint Icarus (attributes)
March of the Valedictorians
Работы-ассамбляжи призера Золотого Льва за карьеру, американца Jimmie Durham. Его комбинации старых вещей, предметов мебели, одежды second hand и черепов крупных млекопитающих создали в Арсенале целую армию странных креатур, издали кажущихся экспонатами зоологического музея. Сам автор называет их “нелегальной комбинацией отбракованных предметов”. Есть еще плита, пол тонны черного мрамора в прожилках, в металлической раме, выставленная в Центральном павильоне в Садах. Ммм… на любителя.



Получилось слиться с произведением призера Leone d'Oro


Если говорить о призерах Leone dOro, нужно сказать, кому была вручена престижная премия как новому открытию – Серебряный Лев достался молодой киприотке Haris Epaminonda как Promising Young Participant за инсталляцию VOL. XXVII. Художница работает с повторным использованием таких материалов как скульптуры, керамика, книги или фотографии, которые она по-новому комбинирует для создания своих характерных инсталляций, максимально отстроенных и насыщенных множеством деталей.  Возможно сама автор не знает всех возможных смыслов, историй, значений, которые явно или неявно проступают за этим набором предметов с их аллюзиями.

Foto Universes in Universe
Foto Andrea Avezzù
VOL. XXVII. 2019 (деталь). Фото BsNews

Ироничные скульптуры-инсталляции украинской художницы Жанны Кадыровой представлены в двух разных, но перекликающихся сериях работ: Market в Арсенале и Second Hand в Центральном павильоне. В своих мозаиках Кадырова использует плитки плохого качества или из разборки, в сочетании со строительными материалами, как бетон и цемент. На ее Рынке продуктовый киоск украшают овощи, фрукты, колбасы, которые издали кажутся настоящими, при близком рассмотрении оказываются сделанными из кусочков плитки, мраморных обрезков, цемента и натурального камня. Ее серия Second Hand в Центральном павильоне демонстрирует развивающуюся на ветру с лагуны одежду и белье, сделанные из керамической плитки из-под разборки отеля в Венеции. Подоплека – с одной стороны искусство как товар, с другой - искусство должно быть более доступным и неформальным.


Здесь и выше: Market в Арсенале
Здесь и ниже: Second hand в Центральном павильоне



Разноплановые творения кореянки Anicka Yi объединяет общая тема – интерес к биологической составляющей ее инсталляций, которые трансформируются со временем под воздействием микроорганизмов или бактерий, а другие имитируют их существо в других материалах и образах. Свой творческий опыт она определяет как “биополитику чувств”. Ее пространственная скульптура-инсталляция Biologizing the Machine в Арсенале состоит из элементов, напоминающих кладку гигантских бабочек в ожидании, когда из куколок появятся мотыльки (в некоторых коконах на самом деле живут насекомые). Кратеры под ними с водой – некая аллюзия на окруженную водой Венецию, для которой влага, сырость и плесень оказываются опасным, разрушающим соседством.   



Biologizing the Machine” (terra incognita) в Центральном павильоне 

В заключение, о загадочных пересмешниках из группы с названием Slavs and Tatars, которые заставили улыбнуться в Центральном павильоне и рассмеяться в Арсенале. Коллектив с таким названием родился в 2006 году “в Евразии”, как они сами обозначили, где-то между Берлинской и Великой китайской стеной, как группа для чтения. А потом превратился в художественную компанию, чья разнообразная творческая практика оставалась близкой к вопросам языка, причем не только в прямом, но и в переносном смысле. Лекции и чтения были дополнены скульптурами и инсталляциями. В Центральном павильоне это стена Tranny Tease (pour Marcel) с семантическими вывесками-надписями на всех возможных начертаниях: от латиницы и кириллицы до греческого, грузинского, армянского алфавита, иврита, санскрита и арабской вязи. 


А в Арсенале у вас будут болеть щеки от смеха: тут вам расскажут о глубокомысленном и коммерчески-выгодном проекте под названием Salamoia – Рассол, о пользе этого благородного напитка. И если в Восточной Европе это несомненное лекарство от похмелья, то в странах Западной Европы и Северной Америки этот напиток еще должен быть презентован и рекомендован к употреблению. Инсталляция предлагает посетителям отдохнуть у фонтана и набраться сил, чтобы продолжить поглощать современное искусство ad nauseam (до тошноты) – это тем более актуально, что находится она в самом конце длиннейшего Арсенала. Есть тут и wending machine для желающих приобщиться к культуре рассола – к сожалению, в момент нашего посещения машина не работала… Так, начав поход по Арсеналу с “Двух пьяниц” Джорджа Кондо, закончим эту часть “Рассолом” от евразийской группы Славяне и Татары.


Источник живительной влаги - рассола
Acqua di Georgio Hammani в стилистике Giorgio Armani:-)

В следующей части посмотрим серии представленной на выставке скульптуры, большей частью абстрактной, и фотографий, которые тоже показались достаточно сильными, разнообразными и яркими. Так что, продолжение следует…
May You Live in Interesting Times



На первом фото: Slavs & Tatars, панно-занавес To Turn из инсталляции Salamoia (Рассол) в Арсенале. Второе фото: инсталляция в павильоне Венеции Садах.  Заключительное видео: динамическая видеоинсталляция француза Cyprien Gaillard с пляшущим домовым (Ангелом дома) L'Ange du foyer / Vierte Fassung. Holographic LED-Display в Зале Chini Центрального павильона. Сады Биеннале.
В статье использованы материалы, предоставленные организаторами La Biennale и отдельными экспонентами во время Вернисажа. Фото Anna Kolomiyets, указано по месту или из свободного доступа.

Понравилось, поделитесь.

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Colour trends 2018. Какого ты цвета?

Andrea Langhi: Когда архитектор должен сказать НЕТ. Part 4

Colour trends 2018. Цвет года. Part 2

I Saloni 2018. Зачем ехать в апреле в Милан